NamuradaN - Исследование кавказского оружия
Воскресенье, 04.12.2016, 13:13Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта

Форма входа

Корзина

Ваша корзина пуста

Календарь

«  Декабрь 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

Архив записей

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 645

Друзья сайта

Место свободно Если хотите чтобы мы поставили
ваш баннер обращаться в личку!
Russkiy magazin
NamuradaN
kizlyarextreme
brisa
elbrusoid
alazani
zolotih del masterica
OOO PP Kizlyar
hpa-shop
Dagestan_Kubachi
Souvenir weapon
VAYNAG
My handmade knives
BIVNI
Imperiya Nozhey
Vse mirniy portal
Чеченский Все мирный портал

Статистика


» Зарег. на сайте
Всего: 452
Новых за месяц: 1
Новых за неделю: 0
Новых вчера: 0
Новых сегодня: 0
» Из них
Администраторов: 5
Модераторов: 2
Проверенных: 5
Обычных юзеров: 135
» Из них
Парней: 420
Девушек: 32

счетчик посещений
Besucherzahler femmes russes a marier
счетчик посещений

Поиск

Исследование кавказского оружия
Исследование кавказского оружия


Исследование кавказского оружия

Изготовление оружия издавна было одним из важнейших промыслов народов Кавказа.
Храбрые воины, кавказские горцы не расставались со своим оружием, высоко ценили его и не жалели средств на его украшение. Оружие стало частью их национального костюма. Тонкое искусство оружейников Черкесии и Дагестана, Грузии и Армении и других кавказских народов всегда вызывало восхищение. Художественные промыслы Кавказа привлекают неизменный интерес читателей. Вышло уже немало монографий, посвященных прикладному искусству народов Дагестана, Кабардино- Балкарии, Закавказья и др. Такой важный раздел народного творчества, как изготовление оружия, заслуживает отдельного рассмотрения.
Изучение оружия интересно с разных точек зрения и, прежде всего, с точки зрения истории развития конструктивной мысли и технических решений, связанных с развитием военного искусства и вобравших опыт многих поколений
народных мастеров. Вместе с тем изделия кавказских оружейников и тех, кто украшал оружие, — это прекрасные произведения прикладного ювелирного искусства.
Особая роль, которую художественное оружие играло в жизни кавказских народов, создавала ему высшую престижность и выдвигала его зачастую на первое место в ряде других прикладных искусств.
Материал для изучения кавказского оружия предоставляют оружейные коллекции, хранящиеся в музеях нашей страны. Это прежде всего коллекции Государственного Исторического музея (ГИМ), Государственных музеев Московского Кремля (ГММК, старое название — Оружейная палата — ОП), Государственного музея искусства народов Востока (ГМИНВ), Центрального музея вооруженных сил (ЦМВС), Государственного Эрмитажа (ГЭ), Военно-исторического музея
артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВиВС), Российского этнографического музея (РЭМ), Грузинского Государственного музея (ГрГМ), Государственного музея искусства Грузии, Государственного музея Абхазии,
Государственного музея истории Армении (ГМИАр), Музея истории Азербайджана (МИАз), Государственного объединенного музея Дагестана, Дагестанского республиканского музея изобразительного искусства, Национального
музея республики Кабардино-Балкарии, Краеведческого музея г. Пятигорска и других музеев.
В настоящей работе рассматривается оружие XVII — начала XX в. Археологическое оружие — предмет специального изучения, в данной работе оно привлекается лишь эпизодически.
Исследование кавказского оружияРаннего оружия сохранилось, к сожалению, немного — это черкесские клинки и панцири XVII в., кремневые ружья первой трети XVIII в. в собрании Оружейной палаты. Основная масса дошедшего до нас оружия — ружья и пистолеты,
шашки и кинжалы — относится ко второй половине XVIII—XX вв. Больше всего мы встречаем холодного оружия, главным образом кинжалов, конца XIX — начала XX в..
Из раннего сохранилось лишь то оружие, которое давно попало в качестве подарков и привозов в государственные и частные собрания — в Оружейную палату и Рюст-камеру. В другие крупные музеи — Артиллерийский, Царскосельский
арсенал в Петербурге, Кавказский музей в Тифлисе — кавказское оружие стало поступать лишь в середине XIX в., а в Исторический музей в Москве, Музей этнографии (отделение Русского музея) в Петербурге — только в конце
XIX в. Многие музеи открылись после революции. Естественно, что в эти музеи попадало то, что еще сохранилось у населения. А сохранялось оружие плохо — им продолжали пользоваться, оно изнашивалось, ломалось, из-за недостатка
сырья переделывалось в новое изделие. 
Исследование кавказского оружияКроме вещевого материала в данной работе использованы нарративные и документальные источники, а также общие исследования по вопросам истории материальной культуры. При этом разные кавказские регионы представлены
разными источниками.
Для изучения оружия Западного Кавказа помимо вещевого материала очень важны нарративные источники — известия западноевропейских и русских ученых, путешественников, должностных лиц, посетивших эти области в XVI—XIX вв. Эти источники содержат описание военного быта и оружия, но, к сожалению, в них отсутствуют какие-либо указания на центры производства оружия и мастеров. Очень мало сведений содержат документальные источники — архивные, материалы выставок.
Последние относились ко времени, когда основная масса населения покинула родные места и ремесло было в упадке. Некоторые сведения о мастерах и центрах производства оружия автору удалось собрать во время полевых обследований
в 1958-1959 гг.
Советские историки, этнографы, искусствоведы, изучая различные виды ремесла и декоративно- прикладного искусства, отводили некоторое место и оружейному ремеслу. Результаты их исследований также использованы в настоящей
работе. Районам Центрального Кавказа, Чечне, Ингушетии и Осетии, которые по дореволюционному
административному делению составляли Терскую область, не повезло в отношении источников по оружейному делу. Нарративные данные скудны, они содержат преимущественно лишь упоминания о наших ремеслах, изредка о
центрах производства. 
Исследование кавказского оружияВещевой материал этого региона, конечно, имеется в коллекциях, но он плохо выделен из общей массы кавказского оружия, что объясняется недостаточной изученностью признаков, свойственных оружию этих народов, — его орнаментики и конструктивных особенностей.
С документальными источниками этому региону тоже не повезло. В материалах выставок интересующие нас ремесла представлены слабо, а архивные данные по этой области также оказались малопредставительны. Дело в том,
что архив Терского пробирера не сохранился. В архиве Владикавказа не удалось обнаружить ни одного дела, относящегося к Пробирному управлению.
Отчеты же о проверках мастерских и торговцев по Терской области, посылавшиеся в Петербург за все годы деятельности пробиреров, к сожалению, отличаются большой неполнотой.
Терские пробиреры сообщают лишь имена мастеров и торговцев, нарушивших пробирный устав; ни разу они не приводят
имен всех проверенных ими мастеров, как это делали пробиреры Тифлиса и Баку. В своих отчетах они сообщают число проведенных ими осмотров и наименование населенных пунктов, где проживали проверяемые ими мастера, прибавляя
отметку, есть или нет нарушений. Эти списки, содержащие имена нарушителей пробирного устава, относятся главным образом к городам. По селениям сведений почти нет.
Собственных полевых исследований автор в этих областях не проводил и опирается на результаты работ других сследователей, занимавшихся изучением данных ремесел.
В последние годы (2000-2002) появились два очень ценных исследования, основанных на материалах полевых сборов: О. А. Габуевой о мастерах-осетинах Владикавказского округа и И. А. Асхабова о мастерах-чеченцах Грозненского
округа. Хотя, по оценке авторов, эти сведения по разным обстоятельствам не полны, они дают существенную картину развития этих ремесел в Терской области.
Исследование кавказского оружияСведения о развитии оружейного и серебряного дела в Дагестане мы находим в источниках разного рода: в сообщениях русских ученых, путешественников, офицеров, посещавших Дагестан в XVIII—XIX вв. Пристальное внимание, с
которым русское правительство относилось к Дагестану с начала XVIII в., побуждало его посылать туда офицеров, чиновников, ученых для сбора всевозможных сведений. Их отчеты содержат данные о военном деле, топографии, географии, экономике, истории и этнографии посещенных ими областей. Интересующая нас тема — оружие и серебряное дело — затронута в их сообщениях лишь вскользь, чаще всего в виде замечаний о наличии или отсутствии соответствующего производства.
Сообщения русских военных и ученых, посещавших Дагестан во время Кавказской войны и после его окончательного присоединения к России, несколько обстоятельнее освещают изучаемую тему. Их интересуют такие вопросы, как
организация труда, число занятого в ремесле населения, количество продукции и т. п. Статьи публиковались в кавказской периодической печати и выходили отдельными изданиями.
Интерес представляют сообщения дагестанских ученых о жизни, быте и обычаях родных селений.
Даже вскользь брошенные замечания важны, особенно когда они подтверждают сведения, полученные нами из какого-либо другого источника.
Из архивного материала важны документы, содержащие сведения о мастерах, работавших в селениях самого Дагестана, а также об ушедших на заработки в города и селения Северного Кавказа и Закавказья. (Эти данные мы находим
в архивных материалах соответствующих областей.) По значению к ним примыкают Всеподданнейшие отчеты военных губернаторов Дагестанской области за 1905—1915 гг., в которых имеются статистические сведения о количестве мастеров по каждому округу и т. п. Отчеты и каталоги всероссийских и международных выставок содержат много имен дагестанцев, экспонентов выставок, а также сообщений о наградах, наименованиях их изделий, ценах на них и т. п.
Для изучения оружия Дагестана очень существен полевой материал. В настоящей работе используются результаты исследований советских ученых. Совместно с Э. В. Кильчевской автором были произведены сборы полевого материала
в 1959—1961 гг. в центрах, известных в прошлом своими оружейными и серебряными промыслами.
О Дагестане существует довольно значительная литература, содержащая различные сведения об истории промыслов, творчестве отдельных мастеров, орнаментике, технологии производства и т. п. Первое исследование о дагестанском
ремесле появилось в 1882 г. Это была работа О. В. Маргграфа, написанная на основании сведений, полученных во Владикавказе у дагестанских отходников. Достоверность приводимых им данных подтверждается другими источниками. Сведения, собранные Маргграфом о серебряном и оружейном деле, весьма разнообразны: он сообщает о деятельности мастеров-отходников, организации труда в Кубачи, Амузги, Харбуке, количестве продукции, ценах, заработках мастеров, анализирует причины расцвета оружейного дела в прошлом, отмечает намечающийся его упадок.
Большую ценность представляют работы Е. И. Козубского, который с 1899 г. был секретарем Дагестанского областного статистического комитета. Кустарная промышленность являлась объектом его пристального внимания, и, хотя специально он не изучал оружейного и серебряного дела, все его данные чрезвычайно интересны, так как получены путем тщательного обследования каждого селения. Особое внимание Е. И. Козубский уделял изучению
отходничества. Описание оружейного и серебряного ремесел Закавказья основано главным образом на
архивных материалах, которые отражают деятельность ремесленных управ, казенных палат, пробирных учреждений и хранятся в архивах Петербурга, Тбилиси, Баку Еревана. Документы датируются 1840—1917 гг.
Фонд Ремесленной управы Тифлиса содержит книги регистрации мастеров за 1878—1913 гг., в которых мы находим имена серебряников и оружейников, бравших в эти годы свидетельства на право заниматься ремеслом.
В книгах почти всегда указывалось происхождение мастера. В фондах казенных палат Тифлиса, Баку, Эривани, Кутаиса имеются книги проверок торговых и промышленных заведений городов и селений соответствующих губерний.
В книги заносились название заведения, имя владельца, число помощников, адрес, иногда годовой доход. Проверки осуществлялись во всех заведениях, поэтому их результаты могут считаться вполне представительными. Проверки
проводились с 1876 по 1917 г., но для нас представляют интерес главным образом материалы 1876—1890 гг. Дело в том, что в последующие годы ремесленники, использовавшие в мастерской труд членов своей семьи и одного наемного
рабочего, не облагались торговым налогом и не регистрировались. Между тем большинство оружейников и серебряников принадлежало именно к этой категории мастеров. 
Среди архивных данных мы находим сведения о реорганизации цехового управления и избрании старшин в некоторых городах оакавказья в 1867—1870 гг. и во Владикавказе в 1890-1896 гг.; они содержат название и численность цехов, имена избранных старшин и т. п. Наиболее многочисленные сведения о мастерах серебряного и оружейного дела, особенно для Закавказья, дают архивы пробирных учреждений.
Они охватывают период 1840—1917 гг., дают сведения о числе и персональном составе мастеров, нередко о происхождении мастера, его доходе, ассортименте изделий и т. п. Наиболее полны материалы по Тифлису.
Объявления в ≪Кавказском календаре≫ за 1845—855 гг. содержат имена и адреса закавказских серебряников и оружейников, а за 1909—917 гг. —адреса мастерских и магазинов многих причастных к золотому и серебряному
делу мастеров и торговцев. В ≪Кавказском календаре ≫ в разделе ≪Ремесленная управа≫ находим за некоторые годы данные о числе членов цеха и имя старшины.
Ценные сведения включают каталоги местных, всероссийских и международных выставок, в которых закавказские мастера принимали активное участие; каталоги позволяют узнать ассортимент и цену изделий, награды и т. п. Как дореволюционная, так и советская литература по оружейному и серебряному делу Закавказья невелика. Лучше других изучено грузинское оружие.
Цель настоящей работы состоит в том, чтобы возможно полнее показать разнообразные виды кавказского оружия, выяснив время и место его производства, то есть создать своего рода определитель кавказского оружия. Вместе с тем автор стремился осветить вопросы организации производства, поэтому наряду со сведениями о конструкции и орнаментике оружия приводятся данные о развитии оружейного и серебряного дела в крае, о центрах производства, о некоторых выдающихся мастерах.
Так как изготовление и бытование оружия были тесно связаны с историей и военным бытом края, автор счел полезным привести очень краткие сведения о военно-политической истории рассматриваемых регионов.
Уровень исследованности вопроса позволяет нам различать оружие, связанное своим происхождением главным образом с тремя крупными регионами Кавказа —Черкесией, Дагестаном, Закавказьем. Основанием для подобной классификации
являются его орнаментальные и конструктивные особенности. Здесь могут быть известные допущения (в качестве черкесского оружия может быть определено и карачаево-балкарское, и чечено-ингушское, и осетинское), так как остаются неясными детали —особенности орнаментики и конструкции, по которым оно могло быть атрибутировано более точно.
Благодаря работам О. А. Габуевой и И. А. Асхабова появилась возможность частичного атрибутирования осетинского и чеченского оружия.
Пользуюсь случаем поблагодарить сотрудников музеев, любезно предоставивших возможность работать с их оллекциями: В. А. Абрамян, А. А. Беляеву, О. А. Габуеву, Н. В. Гордеева, С. Н. Дагирову, С. X. Джангирову М. А. Ихлясову, Г. Н. Комлеву, Н. В. Корнеева, Ю. А. Миллера, Ю. А. Нацваладзе, Р. М. Нырову, И. Шариеву, Е. В. Тихомирову
Э. Товмасян, Е. Г. Цареву, М. И. Чартолани, Д. А. Чиркова, К. К. Чолокашвили.

Copyright MyCorp © 2016 |